Вторник, 11 декабря 2018 18:40

День памяти жертв Холокоста

            ТКУН – тризна в честь ушедшего из жизни крымчака с чтением соответствующей молитвы. Учреждена в 1944 году в память о крымчаках, уничтоженных немецкими фашистами в годы ВОВ (1941-1945 г.г.)

                                Давид Реби  Крымчакско-русский словарь, -Симферополь, Доля. – 2008.

         2 ноября 1941 года немецкие захватчики ворвались в Симферополь. Вслед за приказами о «новой жизни», по всему городу на воротах и деревьях появились повешенные люди с надписью на табличке, прикрепленной к покойнику: «Еврей. Повешен за неявку на регистрацию». Через несколько дней евреев и крымчаков собрали на сборных пунктах; 11, 12, 13 декабря все евреи и крымчаки были расстреляны на Севастопольском шоссе, у Дубков близ шоссе Симферополь – Николаевка, на Феодоссийском шоссе. О геноциде еврейского народа в Крыму впервые повествует исследование Гитель Нисоновны Губенко «Книга печали», изданная в 1991 году. В этой книге описаны события, связанные с приходом немецко-румынских захватчиков также в других городах Крыма в 1941 – 1944 гг. Названы имена русских людей, спасавших евреев под угрозой смерти.

       Каждый год 11 декабря под Симферополем на десятом километре Феодоссийского шоссе, где лежат останки более чем 17 тысяч человек евреев, крымчаков, партизан, расстрелянных фашистами, проходят траурные митинги. В 2018 году собрались в этот День памяти и скорби на 10 километре еврейские и крымчакская организации и общины Крыма, простые симферопольцы, среди которых научные сотрудники Центрального музея Тавриды, Дома-музея И. Сельвинского, Крымского этнографического музея, представители власти Республики Крым.

        « Старый танковый ров,

         Где твои соловьи?

         Танго слушает век-волкодав.»

                                  (из поэмы Андрея Вознесенского «Ров», 1986 г.)

- Деда, куда мы идем?

- На расстрел…

- А что такое «нарастрел»?

… …

Шел дождь со снегом… Перед противотанковым рвом, выдолбленным жителями Симферополя между июнем и сентябрем 1941 года… стояли недалеко друг от друга три станковых пулемета. Они стреляли почти бесперебойно, и на них выталкивали людей, раздетых почти догола.

                                     (Александр Ткаченко из книги «Сон крымчака или оторванная земля», 2007 г.)

«Наши несчастные дети,

Обняв матерей умирали.

Такая им выпала доля.

Будьте живы, остатки моего народа.»

                                     (Из траурной песни крымчаков,

                                      посвященной расстрелу крымчаков в декабре 1941 года).

       Крымчак поэт Илья Сельвинский,  участник Керченско-Феодосийского десанта стоял в с. Багерово под Керчью 11 января 1942 года над таким же танковым рвом, как на Феодосийском шоссе под Симферополем, заполненным расстрелянными стариками, женщинами, детьми. Он написал об этом в стихотворении «Я это видел». Через несколько дней стихотворение слушали по радио миллионы советских людей:

Можно не слушать народных сказаний,

          Не верить газетным столбцам,

Но я это видел. Своими глазами.

          Понимаете? Видел. Сам.

Вот тут дорога. А там вон – взгорье.

          Меж ними

                           Вот этак –

                                             Ров.

Из этого рва подымается горе.

          Горе без берегов.

Нет! Об этом нельзя словами…

          Тут надо рычать! Рыдать!

Семь тысяч расстрелянных в мерзлой яме.

Заржавленной как руда.

Кто эти люди? Бойцы? Нисколько.

Может быть, партизаны? Нет.

Вот лежит лопоухий Колька –

         Ему одиннадцать лет.

Тут вся родня его. Хутор Веселый.

Весь «самострой» - сто двадцать дворов.

Ближние станции, ближние села –

Все как заложники брошены в ров.

Лежат, сидят, вползают на бруствер.

У каждого жест. Удивительно свой!

Зима в мертвеце заморозила чувство,

С которым смерть принимал живой,

И трупы бредят, грозят, ненавидят…

Как митинг, шумит эта мертвая тишь.

В каком бы их ни свалило виде –

Глазами, оскалом, шеей, плечами

Они пререкаются с палачами,

Они восклицают: «Не победишь!»

       Поэт в конце стихотворения делает вывод, что с таким явлением как фашизм нужно разговаривать: «Огнем! Только огнем!».

       Министр просвещения и пропаганды, первый политик  Третьего Рейха Геббельс заявил, что русский поэт лжет и для него уже приготовлена веревка.

       Крымчак И. Сельвинский воевал на Крымском и Северо-кавказском фронтах, с Керченско-Эльтигенским десантом высаживался на северо-востоке Керченского полуострова, где наши войска закрепились на маленьком плацдарме, который не отдавали врагу до освобождения Крыма в апреле 1944 года войсками Отдельной Приморской армии и 4-го Украинского фронта.

        Текст и фото Л. Дайнеко, Н. Суминой.

Галерея изображений

Заинтересовался? Поделись в соц. сетях!

Инстаграмм

Музей на Facebook

Присоединяйтесь!

Одноклассники

Присоединяйтесь!

Вконтакте