power1  power3 youtube logo x
   3D-экскурсия 1 этаж   3D-экскурсия 3 этаж  Наш канал на YouTube

 

Понедельник, 28 сентября 2020 15:33

«...ПРИШЕЛ И СЕЛ, КАК ОБЕЩАЛ...»

200-летию со времени пребывания в Тавриде великого русского поэта

Александра Сергеевича Пушкина посвящается:

Все, кто бывал в здании Центрального музея Тавриды на каком-либо мероприятии (лекции, конференции, концерте и т.п.), непременно попадали в наш гостеприимный Голубой зал. Само здание относится к постройке 1904-1907 гг. и предназначалось изначально для Окружного суда. Таковым оно оставалось и в годы Гражданской войны, а его зал также использовался для всевозможных заседаний. Наше внимание привлекло заседание, состоявшееся в октябре 1920 года. Перед нами: «Протокол открытого заседания Таврической Ученой Архивной Комиссии 18 октября 1920 года по случаю исполнившегося столетия со времени пребывания в Тавриде А.С. Пушкина». Читаем:

«1. Объявив заседание открытым, председатель Комиссии (председательствующим заседания был избран А.И. Маркевич — авт.) предложил собранию почтить память великого поэта вставанием».

Далее мы воспользовались материалами из книги Б.С. Филимонова «Из прошлого русской культуры в Крыму» *, т.к. работая в различных библиотеках и архивах (в т.ч. в научной библиотеке «Таврика» и фондах ЦМТ), им было проведено фундаментальное исследование по поводу деятельности ТУАК в 1917 — 1920 годах. Так как по материалам заседания 18 (31-го по н. ст.) октября 1920 года не было издано заявленного Сборника **, то заинтересовали «документальные находки» автора - статья и очерк из газеты «Таврический голос» (издававшейся в Симферополе в годы Гражданской войны), опубликованные в номере за 2 ноября 1920 года:

«… В этом торжественном заседании было немного торжественности. Холодно, неуютно. Президиум у стола, докладчики и публика — все в пальто. Только в зале горят несколько электрических лампочек. В кулуарах — полутьма, и гуляет преждевременно наставший в Крыму мороз. Холодно, неприветливо. И все-таки небольшая зала полна народу, обогревшего ее своим дыханием. Да, на сердце было тепло.

Согревало сознание, что эту толпу людей, собравшихся, как заговорщики, в полумраке неотопленного здания, привлекло имя Пушкина. В его память были приглашены собраться жители Симферополя. Призыв Таврической Ученой Архивной Комиссии сойтись и почтить память величайшего русского поэта по случаю истечения столетия со времени его пребывания в Крыму был услышан, и те, кому дороги культурные ценности, откликнулись на этот призыв и собрались.

Нет, к нему «не зарастет народная тропа»...

Несмотря на тревогу военного лагеря, в условиях которого протекает наша жизнь, несмотря на тяжелые домашние заботы, связанные с холодом, проголодью и всяческими лишениями и бедами, - нашлось немало желающих идти поклониться тени Пушкина и в Симферополе. Доклады о Пушкине читались один за другим, без перерыва. Точно спешили. Но холодно было в зале, а на душе было тепло от общения с духом великого поэта. Казалось, он тут, с нами, в этой холодной комнате, где все в пальто, - пришел и сел, как обещал.

Вы помните, он говорил:

«Собирайтесь иногда читать мой свиток верный

И, долго слушая, скажите: «это он!

Вот речь его»! А я, забыв могильный сон,

Войду невидимо и сяду между вами,

И сам заслушаюсь, и вашими словами

Упьюсь... И, может быть, утешен буду я

Любовью...»

Да, великий дух чудного поэта России витал среди собравшихся в холодной зале, и в ней было тепло, хорошо...»

В. Фаусек

 

ПАМЯТИ ПУШКИНА ***

Мы все растеряли Пушкина. Кто оставил заветный том в Москве и Питере, кто забыл его на бесконечных этапах от Москвы до Крыма — в Ростове, Екатеринодаре и Новороссийске, но милого заветного тома нет с нами. Только в душе осталась вечная трогательная любовь к нему, пронесенная через все этапы, через все увлечения Бальмонтом и Блоком, акмеистами и футуристами. Мы сохранили эту любовь живой и нетленной, как хранит каждый из нас в мути увлечений и страсти свою первую юношескую любовь.

И, должно быть, именно потому на заседание Таврической ученой архивной комиссии, посвященное памяти поэта, пришло так много людей, так неожиданно много, что не вместил всех пришедших большой зал окружного суда. Пришли разные.

Пришел философ и мыслитель Сергей Николаевич Булгаков и молоденькая курсистка, что совсем недавно учила наизусть:

«Я вас люблю, к чему лукавить?»

Пришел безрукий офицер, и пришла грустная седая дама в трауре. Пришли и слушали. Казалось, что можно нового сказать о Пушкине?

Но выступившие на заседании профессора и, в особенности Г.В. Вернадский, доказали, что можно. Его короткий очерк «Пушкин как историк» познакомил публику с почти неизвестной стороной пушкинского гения. В 1837 году Россия потеряла не только своего величайшего поэта, но и крупного историка, которому только пуля Дантеса помешала написать историю России 18-го века. Но и в своем художественном творчестве Пушкин был историком. Недаром Ключевский по одному «Евгению Онегину» мог написать лекцию о постановке воспитания в России в начале 19-го века.

Публика разошлась поздно вечером, унеся с собой просветленный образ самого «вечного» из своих спутников.

Г.****

* Б.С. Филимонов. Из прошлого русской культуры в Крыму. Симферополь, 2010.- 408 с. С.37-49.

** Сборник по материалам заседания ТУАК издан не был, так как через 12 дней после этого в Симферополь вошли части Красной Армии

*** Очерк в газете «Таврический голос» за 2 ноября 1920 г.

**** Согласно исследованию Б.С. Филимонова, автором очерка являлся знаменитый филолог Н.К. Гудзий (1887 – 1965), публиковавшийся под псевдонимом «Г.»

Галерея изображений

Заинтересовался? Поделись в соц. сетях!

Инстаграмм

Музей на Facebook

Присоединяйтесь!

Одноклассники

Присоединяйтесь!

Вконтакте

We use cookies on our website. Some of them are essential for the operation of the site, while others help us to improve this site and the user experience (tracking cookies). You can decide for yourself whether you want to allow cookies or not. Please note that if you reject them, you may not be able to use all the functionalities of the site.